Шиффрин выходит за пределы своей зоны комфорта в слаломе, стремясь сохранить конкурентоспособность и остаться в спорте ещё на долгие годы.
Микаэла Шиффрин в сезоне 2026–2027 планирует участвовать в меньшем количестве слаломных гонок и чаще выступать в гигантском слаломе и супергиганте. Шиффрин также хочет выяснить, насколько быстрее она сможет стать в гигантском слаломе после преодоления посттравматического стрессового расстройства, вызванного падением в Киллингтоне в 2024 году.
На протяжении всей своей 16-летней карьеры в Кубке мира Микаэла Шиффрин подходила к горнолыжным гонкам с одним неизменным вопросом: «Насколько быстрее я могу стать?»
В слаломе ответ на этот вопрос всегда был простым: очень, очень быстрой. Из её 110 побед на этапах Кубка мира на сегодняшний день две трети пришлись именно на эту дисциплину.
31-летняя спортсменка, являющаяся самой титулованной горнолыжницей в истории, также завоевала две олимпийские медали и четыре титула чемпионки мира в слаломе.
Но этой зимой она хочет выяснить, насколько быстрее сможет стать в гигантском слаломе и супергиганте. Такое изменение приоритетов означает, что она примет участие в меньшем количестве слаломных гонок, начиная со слалома в Киллингтоне в выходные, приуроченные ко Дню благодарения.
Этот поворот не означает ни отступления от соревнований, ни прощания с дисциплиной, которая во многом определила её карьеру. Напротив, это попытка следовать своему любопытству. Она назвала предстоящую зиму «сезоном исследований».
«Я хочу дать себе немного больше свободы, чтобы задаваться вопросом, что вызывает у меня любопытство, и следовать этому внутреннему порыву, — сказала Шиффрин на своём YouTube-канале. — Что именно по-настоящему вдохновляет меня полностью сосредоточиться? Вот какой вопрос я себе задаю».
После того как её четвёртый олимпийский цикл завершился золотой медалью в слаломе в феврале прошлого года, Шиффрин начала размышлять над вопросами, выходящими за рамки медалей, рекордов и результатов. По её словам, горнолыжные гонки никогда не были для неё прежде всего вопросом наград и достижений. Настоящей наградой всегда был сам процесс поиска способов стать быстрее.
«Я обожаю процесс совершенствования, — сказала она. — Я мечтаю о днях на горе, когда чувствую, что пытаюсь разобраться во всём поворот за поворотом. Что-то не получается, мы анализируем это и находим решения, а затем, мало-помалу, я начинаю понимать».
Именно тот момент, когда всё наконец встаёт на свои места, по-прежнему притягивает её к стартовым воротам.
На протяжении большей части её карьеры любопытство вело её к слалому. Шиффрин любила бесконечные повторения, тысячи поворотов, исследования, необходимые для того, чтобы отыграть всего несколько сотых секунды. Особенно в прошлом сезоне она показывала лучший слалом в своей жизни, выиграв девять из десяти слаломных гонок Кубка мира, а также олимпийское золото.
Более простым решением, по её словам, было бы выступать в этом сезоне только в слаломе. Расписание, состоящее исключительно из слаломных гонок, дало бы ей время для тренировок и отдыха — ключевых составляющих её успеха.
Но если бы она решила сосредоточиться исключительно на слаломе, это лишило бы её любопытства.
«Я знаю себя и думаю, что это был бы верный путь к тому, чтобы мне захотелось завершить карьеру раньше, — сказала Шиффрин. — То, что заставляет меня продолжать, — не то, что я хороша в чём-то, и даже не победы. Это чувство восхищения от самого занятия и вопрос о том, насколько лучше я ещё могу стать».
Гигантский слалом и супергигант дадут Шиффрин новые повороты и новую местность для исследования. Хотя она уже добивалась успехов в обеих дисциплинах — у неё есть олимпийские победы и титулы чемпионки мира в гигантском слаломе, а также титул чемпионки мира в супергиганте, — падение на этапе Кубка мира в гигантском слаломе в Киллингтоне два года назад отбросило её назад.
В результате того происшествия она получила колотую рану, которая находилась всего в нескольких миллиметрах от толстой кишки. Из-за посттравматического стрессового расстройства ей было трудно чувствовать себя комфортно на скорости, и она опустилась на 30-е место в рейтинге Кубка мира по гигантскому слалому.
Но Шиффрин проработала свой страх и к концу прошлого сезона поднялась на четвёртое место в рейтинге. Теперь она хочет развить этот успех.
«Мне действительно интересно, насколько далеко я могу продвинуться в гигантском слаломе, — сказала она. — У меня в голове множество вопросов об этом, и я хочу найти на них ответы».
Изменение её расписания будет наиболее заметным этой осенью. Традиционно календарь Кубка мира в начале сезона отправляет её из Зёльдена в Австрии в Леви в Финляндии, затем обратно в Австрию на слалом в Гургле, а после этого через Атлантику в Киллингтон, практически не оставляя возможности увидеться с семьёй.
Участвуя в меньшем количестве слаломных гонок, она рассчитывает создать небольшие промежутки времени для восстановления, силовых тренировок и просто для того, чтобы побыть вне снега.
После этапа Кубка мира в гигантском слаломе в Зёльдене 24 октября она вернётся домой в Колорадо, чтобы тренироваться в течение месяца, а затем отправится в Киллингтон в конце ноября. «Возможно, мне даже удастся по-настоящему хоть немного побыть дома, увидеть семью и мою новорождённую племянницу».
Эти моменты имеют значение. И они являются частью более широкого осознания того, что необходимо для долгой карьеры.
Чтобы оставаться в спорте, который дал ей так много, Шиффрин поняла, что не может делать всё, везде и одновременно. Она задала себе вопрос: «Какими я хочу видеть свои приоритеты?»
Хотя изменение её программы в пользу гигантского слалома и супергиганта можно интерпретировать как отход от слалома, сама она рассматривает это как «создание пространства для того, чтобы заниматься любимым делом немного дольше».
«Я не пытаюсь делать меньше потому, что мне стало менее важно то, чем я занимаюсь, — добавила она. — Я пытаюсь делать что-то по-другому. Потому что мне всё ещё настолько сильно это небезразлично».
Вместо этого она задаётся вопросом: «Что произойдёт, если я дам себе достаточно пространства, чтобы исследовать то, что вызывает у меня наибольшее любопытство?»
Эта неопределённость вызывает дискомфорт. По своей природе Шиффрин любит всё планировать. Ей нравится иметь план А, план Б, план В и так далее, вплоть до последней буквы алфавита.
Однако в этом году в её плане намеренно оставлено пустое пространство.
«А что, если это неправильно? — спросила она. — Что, если это не сработает?» Пока у неё нет ответа. И в этом, по её словам, как раз и заключается смысл.
«Я чувствую себя амбициозной. Я по-прежнему чувствую в себе соревновательный дух. Я чувствую, что хочу кататься быстро. На самом деле я просто даю себе разрешение проявлять любопытство к тому, куда всё это меня приведёт».
Линдси состарилась и Шифриниха хочет занять ее место